7 октября 2016

Родители Умарали получили результаты новой судебно-медицинской экспертизы тела своего ребенка

6 октября 2016 года папа Умарали Рустам получил результаты второй судебно-медицинской экспертизы, которая проводилась в С-Петербургской Военно-медицинской Академии.

 

Еще 23 декабря 2015 г. (после ознакомления с результатами первой экспертизы) адвокаты подали ходатайство о назначении новой судебно-медицинской экспертизы силами специалистов Военно-медицинской Академии им. С.М.Кирова, в котором задали ряд вопросов, в частности такие, на которые не давала ответов 1-я экспертиза, однако, вплоть до мая 2016 года следствие молчало (5 месяцев!). Только после постановления Невского суда Санкт-Петербурга (в ответ на жалобу адвокатов), признавшего незаконным бездействие следствия, только 12 мая старший следователь Ожиганов А.А. постановил назначить новую судебно-медицинскую экспертизу по материалам уголовного дела №387641 (по факту смерти Назарова Умарали Рустамовича, 2015 г.р.), которая была проведена в период с 4 июля 2016 по 29 августа 2016 г. в  Военно-медицинской Академии им. С.М.Кирова.
Заключение 2-й экспертизы представлено более чем на 30 листах. Получены ответы на более 30-ти вопросов следствия, адвокатов и потерпевших.
В частности, на вопрос «Какова причина смерти Умарали Назарова?», экспертная комиссия дает следующий ответ:
Смерть У. Назарова наступила в результате цитомегаловирусной инфекции и, как следствие, истощение иммунной системы, морфологически признаки которого выявлены при морфологических исследованиях. Присоединение парагриппа при истощении имунных сил организма привело к молниеносному неблагоприятному течению заболевания с развитием острой сердечно-легочной недостаточности.
На вопрос: «Могла ли смерть Умарали произойти от аспирации содержимым желудка?»
Ответ судебно-медицинской экспертизы был такой: «Аспирация содержимым желудка имела очаговый нераспространенный характер (скудные желтовато-бурые глыбчатые массы в просвете отдельных альвеол и бронхеол, выполненные исследования не позволяют установить их происхождение, т.е. идентифицировать) и не была достаточным основанием для прекращения жизни человека, к тому же необходимые в таком случае признаки механической асфиксии отсутствовали.
…. Вместе с тем аспирация содержимым желудка, являясь осложнением генерализованной смешанной инфекции, развившимся в терминальный период жизни, могла ускорить наступление летального исхода. (с.)
На вопрос «Возможно ли предотвращение смерти ребенка при надлежащем уходе (присмотре, кормлении) после его отобрания у матери, а также в период с 23-00 (последний осмотр дежурным врачом, диагностировавшим стабильное состояние) до 00-05 (обнаружение ребенка мед. сестрой без признаков жизни)?
Видим такой ответ: Действия по оказанию медицинской помощи, выполненные персоналом бригады скорой помощи и «Центра медицинской и социальной реабилитации детей, оставшихся без попечения родителей им. В.В. Цимбалина», соответствовали полученным при осмотре ребенка данным о его состоянии, хотя и следует отметить допущенные при этом недостатки диагностики и организации процесса медицинской помощи:
— отсутствие фактического измерения температуры тела с помощью термометра (согласно объяснению медицинской сестры Ореховой Г.М.. измерение температуры ею произведено ладонью, субъективно повышение температуры тела при этом не отмечалось).
— неучет дежурным врачом «Центра медицинской и социальной реабилитации детей, оставшихся без попечения родителей им. В.В. Цимбалина» записи вызова скорой помощи№536504 от 13.10.15 о наличии у ребенка аритмичного дыхания.
— невыполнение назначенных диагностических исследований (общего анализа крови и мочи, биохимического анализа крови, анализа крови на маркеры таких инфекционных заболеваний, как сифилис, вирусные гепатиты и др.) сразу после поступления ребенка при том, что анамнез его жизни не был известен.
Кроме того, имел место недостаток ухода за ребёнком – отсутствовало наблюдение за ним в течение примерно одного часа (с 23-00 13.10.2015 (время последнего кормления) до 00-05 14.10.2015 (время обнаружения ребенка без признаков жизни), тогда как оно должно осуществляться дважды в час (как следует из объяснения медицинской сестры Ореховой Г.М. от 14.10.2015). Иных недостатков оказания медицинской помощи (ухода) экспертная комиссия не усматривает. (с.)
Однако, на странице 23 заключения читаем:
Из объяснения Григорьевой Н.Б. (главный врач центра им. Цимбалина) от 14.10.2015 следует, что последней из врачей ребенка осматривала Равинская Е.К. (дежурный врач) примерно в 23-00 – ребенок признаков болезни не подавал, около 23-45 Орехова Г.М. (дежурная медицинская сестра) зашла, чтобы покормить ребенка, ребенок признаков жизни не подавал. Она сразу стала проводить непрямой массаж сердца и с вентиляцию легких, далее присоединилась Равинская Е.К., реанимационные мероприятия продолжались до приезда скорой помощи, которая по данным ЭКГ констатировала биологическую смерть.
Из объяснения Ореховой Г.М. следует, что кормила она ребенка дважды — в 16-30 и 20-00 (после поступления и купания в ванночке ребенок есть не захотел и уснул), в 23-00 при обходе детей Равинской, он спал. (с.)
Итак, как видим, есть явные несостыковки в данном заключении, в одной его части время последнего кормления указывается – 23-00, тогда как мед. сестра Орехова Г..М. указывает на последнее кормление в 20-00.
А теперь отметим такие важные моменты:
1) Аспирация дыхательных путей имела место быть (в альвеолах и бронхиолах обнаружены соответствующие образования), проще говоря – жидкая пища оказалась в дыхательных путях малыша.
2) Недостаточное (несоответствующее инструкциям) наблюдение за младенцем (по-видимому его наблюдали только во время кормления, тогда как были обязаны дважды в час проверять его состояние.

Мы считаем, что эти два факта напрямую связаны между собой.
И, наконец, наши вопросы следствию (в том числе от потерпевших родителей Рустам и Зарины), главные из которых такие:
Что происходило с ребенком в период с 20-00 (последнего кормления) до 00-05? Кто конкретно и сколько раз заходил к ребенку в помещение? Сколько времени провела у кроватки ребенка пришедшая на осмотр в 23-00 дежурный врач Равинская? Удостоверилась ли она в том, что ребенок спокойно дышит или просто взглянула и вышла? И была ли она в боксе №5 в р-не 23-00?
На этот вопрос могли бы дать ответ камеры наблюдения, имеющиеся в больнице, однако, следствие, с большой вероятностью, располагая этими записями, скрывает их от адвокатов потерпевших.
Почему? Пока мы имеем возможность лишь сами ответить на этот вопрос.
Помимо этого, специально обращаем еще раз внимание на часть приведенных выше выводов экспертной комиссии: «…..Вместе с тем аспирация содержимым желудка, являясь осложнением генерализованной смешанной инфекции, развившимся в терминальный период жизни, могла ускорить наступление летального исхода» (с.)

С вопросом «Может ли аспирация содержимым желудка быть осложнением инфекции?» мы обратимся к специалистам в данной области в ближайшее время, а пока мы считаем, что аспирация содержимым желудка, с большой вероятностью, произошла по вине мед. персонала, ненадлежащим образом выполняющего свои обязанности по уходу за младенцем.

Судебным экспертам мы адресуем вопрос – Почему глыбчатые массы, найденные в альвеолах и бронхеолах невозможно идентифицировать в рамках исследования? Неужели современные методы исследования не позволяют этого сделать?

И это только очень малая часть наших вопросов после ознакомления с результатами повторного судебно-медицинского заключения.

Продолжение следует.

Прикреплённые файлы:

 

 

 

Для получения возможности оставлять комментарии, зарегистрируйтесь, или введите свои логин и пароль в панели логирования

Вверх